Почему в Сочи нельзя открывать казино, а в Крыму можно

Почему в Сочи нельзя открывать казино, а в Крыму можно

В России появился глава региона, умеющий убеждать Кремль едва ли не лучше харизматичного Рамзана Кадырова. Не прошло и месяца, как Сергей Аксенов сменил пост премьер-министра «мятежной» украинской автономии на должность и. о. губернатора российского Крыма, а в его активе уже весьма серьезная аппаратная победа.

Внесенный президентом в Госдуму законопроект о создании пятой, крымской, игорной зоны только на первый взгляд кажется логичным элементом мозаики под названием «собирание земель». Впервые о легализации игорного бизнеса в новой российской автономии заговорил в конце марта сам Аксенов. Он, правда, утверждал, что этот вопрос поднимался на совещании у вице-премьера Дмитрия Козака. Но нет лучшего способа сделать один из обсуждаемых в кулуарах вариантов основным, рассказав о нем широкой публике.

Тем более что крымские власти добивались создания на полуострове игорного кластера задолго до «возвращения в Россию».

Еще в 2005 году премьер-министр автономии Анатолий Матвиенко предложил: «Все казино, которые есть сегодня в Украине, надо было бы закрыть и оставить только одно место их размещения — это Крым». Спустя четыре года первая часть предложения была выполнена — с 1 июля 2009 года игорные заведения на Украине оказались вне закона. А вот со второй вышла пробуксовка. В итоге только севастопольский бюджет потерял на запрете казино около 2 млн гривен. А в 2011 году депутат от Партии регионов Олег Царев (тот самый, который сейчас участвует в президентской кампании) внес законопроект, предлагающий легализовать игорный бизнес в Крыму.

Трудно сказать, как сложилась бы судьба полуострова, согласись на это Верховная Рада. Заметим лишь, что возможность зарабатывать на лицензировании и содержании казино для значимой части крымской элиты стала, похоже, такой же идеей фикс, какой, например, для многих рядовых крымчан являлась идея воссоединения с Россией. С другой стороны, препоны, чинимые Киевом крымскому игорному бизнесу, лишь усиливали «сепаратизм» Симферополя.

Неудивительно, что после смены флагов именно крымские политики публично проанонсировали долгожданное для многих влиятельных земляков создание игорной зоны. При этом федеральные чиновники оказались более сдержанными в прогнозах. Минфин, по данным «Коммерсанта», 7 апреля представил Козаку доклад, в котором, анализируя неутешительные итоги деятельности четырех существующих в России игорных зон, делал вывод о бесперспективности тиражирования такого эксперимента для Крыма.

Против цифр, которыми оперирует ведомство Антона Силуанова, в принципе можно найти другие цифры, а также вспомнить об итогах деятельности почти трех сотен казино, работавших на полуострове до 2009 года. Но как переубедить президента, всего три месяца назад поставившего жирную точку в дискуссии о целесообразности создания игорной зоны в Сочи, для того чтобы окупить затраты на олимпийскую стройку? Тогда Владимир Путин говорил про «специфический контингент», появляющийся в местах, где легализованы казино, и что «это почти лишило бы шанса все семьи со средними и более чем средними доходами сюда приезжать именно на семейный отдых».

Едва ли глава государства желает Крыму той судьбы, от которой пытался избавить Сочи.

Однако, судя по всему, когда во внешней политике удается невозможное, во внутренней пространство допустимых вариантов, наоборот, сужается. Превращаясь из объекта международного торга в субъект федерации, АРК заставляет вносить существенные коррективы в отечественную систему сдержек и противовесов. Причем происходит это на фоне экономического спада и сокращения доходов федерального бюджета. Тот же Минфин предупреждает, что в этом году казна недополучит свыше 1 трлн рублей.

Иными словами, как мы отмечали ранее, помощь Крыму создает дополнительное напряжение как для госфинансов, так и во взаимоотношениях федерального центра с другими регионами. В то же время скорое достижение черноморской автономией определенного уровня финансовой самодостаточности позволит ставить ее в пример как областям-реципиентам, так и иным национальным республикам, исправно получающим бюджетные трансферты.

Аксенов и его союзники в Москве не могли не учитывать этот момент, добиваясь самой главной визы на игорном проекте. Теперь долгожданный «джек-пот» уже практически в крымском кармане. В том, что депутаты Госдумы одобрят законодательную инициативу президента, сомневаться не приходится. В самом Крыму предусмотрительно нейтрализована единственная сила, способная помешать легализации на полуострове казино: по информации крымско-татарского меджлиса, до 2019 года запрещен въезд на территорию автономии неформальному лидеру этой общины Мустафе Джемилеву. Поводом стало сохранение Джемилевым украинского гражданства и, соответственно, распространение на него тех ограничений, которые Россия в качестве ответной меры ввела для обладателей «жовто-блакитных» паспортов.  Но показательно, что именно Джемилев всегда резко выступал против появления игорных зон на территории Крыма.

Такой «фарт» должен сделать Аксенова осторожнее и заставить умерить аппетиты в играх с Кремлем. Российская политическая элита, как и администрация казино, не очень жалует тех, кто слишком много выигрывает.

Александр Бирман